Да пошли вы все!! 
И вообще, меня зовут Мона лиза, и я пишу альбом "План эвакуации"

Скачать можно сдесь.

 Мэрлин Монро.

                                                           Ага, святые курят в углах.
                                                                  Палачи плачут.
                                                       Никто не прийдёт посмотреть.

я маленькая девочка с бензиновым шариком.
воображаемые друзья висят на проводах.
хайль хэппи холокост....

Полупъян

Примерно сутки назад рок опять умер.
Или это я ёбнулся не в себе. Внезапно занялся электронщиной. Точнее - психо-транс.
Сутки - 6 композиций (продолжительность от 32 двух секунд, до семи с половиной минут)
Нет, определённо я ёбнулся.
Не знаю радоваться этому или плакать.

Сжирающие заживо себе подобных.

Свобода.

Слово из семи букв.

Анти-игра под прицелом оружия.

Смерть мутным варевом села в углу.

Ты можешь увидеть её на стенах.

Ты можешь разбить ей ногой ебальник.

Осадок на венах.

Фашизм на подходе.

Извини человек, ты уже сдох.

Бородатый мужик лет шестидесяти, с запойными глазами, в телогрейке и ушанке. Жил в подвале. Пил технарь. Глючил. Орал песни. Снова пил технарь. С местными почти не общался. На рождество и пасху всегда молился в храме. Из собутыльников признавал только Ваську из второго подъезда. Снова пил и молился. Умер. Хоронили всем двором. Было грустно и дождливо. Вскоре про мужика все забыли, хотя когда-то и считали своим Богом.

Я смотрел на ангелов. Они рвали на себе волосы, ломали руки, пытались разбиться об асфальт. Они просились наружу, просили, чтобы я переделал их в людей. Всего несколько строчек кода. Но нет, я знал, они хотят умереть. Маленькие лгунишки!! Я дико смеялся, в моих глазах отражались их несчастные лица. Я предложил им героин, и они согласились.

На земле, как и прежде, шла война. Люди убивали людей. Убивали людей. Убивали….

Стало скучно. Я вызвал лифт. Он довёз меня до грязной,  затерянной среди нерабочих фонарей, улицы. Я наблюдал моменты смерти, зачатия, жизни. Жизни я не наблюдал. Я не видел ничего, так как в первые же десять минут меня убили. Тупо проломили голову кирпичом, сняли куртку, мобильник и кошелёк.

Я смотрел на ангелов. Ангелы спали с детскими улыбками на лице. Во сне они что-то громко, но неразборчиво говорили. Их руки сжимали пустые грязные инсулиновые шприцы.

В момент следующего бунта я подарю им  порно, подумал я и вызвал лифт.

Грязный бетонный пол усыпан битыми, закопченными стёклами, и ржавыми металлическими предметами. Обгорелые кирпичные стены. Боль. Невыносимая боль, от которой на мгновения теряешь сознание. Хочется не приходить в себя никогда, но умереть не удаётся. Снова боль, обломки стекла. Стены.

Она хотела получать боль. Она резала вены, пила ром, и говорила о смерти. Она предпочитала садо-мазо, кожаную одежду и чёрную помаду. Приторно сладкие духи. Свечи. Наручники. У неё на стене была надпись кровью «помни о смерти». Была ли она декадентом? Вопрос конечно интересный, но не всё ли равно теперь?

Кукла плакала. Кукле выкололи глаза. Кукла кричала, и просила не делать ей больно. Кукле зашили рот и продолжали. Кукла, разбрызгивая кровь из пустых глазниц, билась головой об стену, что бы потереть сознания. Куклу просто убили на хуй.